Почему мы обесцениваем тех, кого любили?

Автор: Марина Волкова, 21 марта (224 просмотра)

На самом деле, в идеализации нет ничего плохого: с ее помощью мы формируем привязанность. Но почему же иногда мы словно застреваем в поисках совершенства и так расстраиваемся, когда обнаруживаем слабости другого?

Когда мы идеализируем кого-то, то представляем не самого человека, а его совершенный образ, без изьянов.

Когда наши представления сталкиваются с реальностью и рушатся, мы можем разочароваться. И тогда возникает желание обесценить все, что было дорого и любимо. И это обесценивание — результат идеализации.

Идеализация — это психологическая защита, которая формируется в раннем детстве. Где-то до трех лет, пока мышление ребенка черно-белое, он уверен, что его родители всемогущи, могут защитить от любой угрозы и исполнить все желания. Такая идеализация совершенно нормальна, она — основа безопасного восприятия мира, где уютно и хорошо.

A раз родители «супергерои», то ребенок наделяет их способностями, которых у них может и не быть. Например, трехлетка едет в поезде с мамой и может попросить ее перемотать время назад, чтобы рассмотреть тракторы, которые они только что проехали.

По мере взросления у ребенка возникает все больше вопросов, на которые родители не знают ответов. Со временем он замечает, что мать и отец — обычные люди с достоинствами и недостатками. В результате неизбежно включается другая защита — обесценивание. Ребенок словно сбрасывает родителей с пьедестала богов и превращает в полубогов, поскольку все равно от них зависит. Он вроде и может обращаться за советом, но уже знает и другие источники, через которые можно изучать себя и мир.

Важно помнить: тенденция деидеализировать тех, к мы кому питали детскую привязанность, нормальная и важная часть процесса сепарации.

Идеализация и нарциссизм

Но если идеализация становится ведущей защитой, человек продолжает превозносить и обесценивать — но уже не родителей, а других людей. Паттерн «идеализация-обесценивание» особенно характерен для нарциссических личностей. Они живут как бы на двух полюсах: на одном — ощущение собственной ничтожности, на другом — компенсаторная противоположность: самоуверенность и ощущение превосходства. Такой человек не чувствует себя цельным. Есть фасад и есть раненая часть, за которую ужасно стыдно. Нарцисс воспринимает себя только в моменты пиков и падений и мечется между двумя крайностями — собственной ничтожностью и недостижимым идеалом.

Проблемы с самоуважением нарцисс проецирует на других, воспринимая партнеров, друзей, коллег то совершенными, то ничтожными. Идентифицируясь с «идеальным» человеком, нарцисс пытается компенсировать дефекты собственного Я. Ему кажется, что рядом с таким партнером он точно будет в безопасности, как в детстве с родителями. Но никто не может быть совершенным. И вся стратегия проваливается — избранный человек свергается с пьедестала.

Идеализация работает тогда, когда есть зависимость от другого.

И чем более зависим человек, тем сильнее для него соблазн в идеализации. Даже во взрослом возрасте люди склонны считать тех, у кого статус выше, более мудрыми и могущественными, чем они есть на самом деле. Это иррациональное стремление. С чего бы начальнику быть умнее других? Но если представить, что он такой же человек со слабостями, и на его плечах — ответственность за большой коллектив, то может стать не по себе.

Идеализация считается патологической, если мешает человеку жить. При этом сама по себе идеализация не проблема, а симптом. Чаще всего он свойственен зависимым людям, которые в целом привыкли опираться на других. Они находят себе «идеальный» объект, чтобы заглушить чувство собственной «несостоятельности».

Идеализация и любовь

Один из ярких примеров идеализации — влюбленность. Когда мы испытываем сильные чувства к человеку, мы считаем его самым лучшим, единственным. И это может быть здоровым, зрелым механизмом, который помогает сформировать привязанность.

Обычно через несколько месяцев это ощущение утихает, и мы начинаем замечать недостатки. Но бывает и так, что человек все больше вязнет в иллюзии идеальности другого. А вслед за идеализацией рано или поздно придет обесценивание, когда партнер сделает что-то не так. Например, человек приходит с работы в полной уверенности, что его «идеальный» возлюбленный после такого же рабочего дня сделает ужин и уберется в квартире. Но вместо этого партнер уснул на диване.

«Идеальность» другого подразумевает, будто у него нет негативных сторон и слабостей. Но это иллюзия. Когда она рушится под напором реальных обстоятельств, психика человека может «пойти ходуном». Наступает разочарование, под которым может скрываться, например, страх неизвестности или страх потери безопасности.

Это неизбежная сторона идеализации. Чем сильнее идеализируется объект, тем больше разочарование и радикальнее обесценивание. Можно вспомнить пословицу: «Чем больше шкаф, тем громче он падает».

У идеализации есть оттенки и формы. Помимо безоговорочного обожания и уверенности в совершенстве, мы можем иметь «сглаженное» ощущение превосходства другого. То есть мы можем признавать его ограничения — и такая идеализация вполне нормальна. С одной стороны, она позволяет человеку не придумывать себе нового супергероя, с другой — не быть парализованным от тревоги, что вокруг одни некомпетентные люди.

Везде важен баланс: не быть беспомощным, и отсюда зависимым от других, но и не полагаться целиком на себя, так как это две стороны одной медали. В первом случае человек идеализирует других, во втором — себя.

Как может помочь психотерапия?

Некоторые люди всю жизнь могут быть в поисках совершенства: без конца менять партнеров, работу, при этом оставаясь вечно недовольными собой, ведь они сами «не идеальны». Научиться принимать собственные и чужие недостатки, построить глубокие и искренние отношения как с людьми, так и с самим собой, можно в терапии.

При этом психотерапия может оказаться настоящим испытанием, ведь психолог тоже не идеален. Большинство людей, склонных к идеализации, бросают психотерапию при первой же ошибке специалиста — не обязательно объективной. Порой достаточно субьективного ощущения, что психолог не прав, чтобы обесценить его и никогда больше не приходить на сессии. Но если справиться с сопротивлением и остаться, вскоре чувства, связанные с беспомощностью и страхом чужой некомпетентности, можно проработать.